Перспективы российской экономики: кризис и пути выхода

Перспективы российской экономики: кризис и пути выхода

На экономическую ситуацию в России влияет масса факторов – от политики ОПЕК по вопросу добычи нефти до скорости выхода отдельных регионов и стран из коронавирусного карантина. Но экономисты уверены – рост начнется уже с 2021 года и будет продолжаться долго. Но какими могут быть сценарии развития российской экономики на ближайшее будущее?

Основным драйвером экономической динамики в 2020-2021 годах остается эпидемиологическая ситуация в России и в мире.

В связи с непредсказуемостью развития событий в долгосрочной перспективе все государственные структуры, а также статистические и аналитические центры с осторожностью подходят к прогнозу макропоказателей. При этом прогнозы, сделанные в первом полугодии 2020 года, начинают обновляться в третьем квартале 2020 года.

На текущую сложную ситуацию влияют, также, политические риски, новые возможное санкции (в связи с выборами нового президента в США), мировые цены на нефть (в рамках соглашения ОПЕК+), ситуация на Южном Кавказе, развернувшиеся в конце сентября.

Но, в целом, позитивная тенденция выхода из стагнации экономики проявляется во всех обновленных прогнозах.

По мнению аналитиков, поводом для оптимизма стали новости об успешных испытаниях вакцины от коронавируса от компаниями Pfizer и BioNTech, а также результаты президентских выборов в США, рост нефтяных котировок (Цена на нефть Brent 9 ноября впервые за последнее время одномоментно выросла почти на 10%, пробив отметку в $43 за баррель), и подписание соглашения о прекращении боевых действий между Арменией и Азербайджаном в Нагорном Карабахе. На фоне вышеупомянутых событий рынок акций РФ 10 ноября показал рост, и по итогам торгов индекс МосБиржи составил 2998,61 пункта (+0,4%, максимум дня – 3013,57 пункта – пик с конца августа), индекс РТС – 1232,87 пункта (-0,3%).

Российская экономика перейдет к устойчивому восстановлению в начале 2021 года и в первой половине 2022 года продолжит рост.

Сценарии развития

Согласно прогнозу Всемирного Банка при отсутствии полного «локдауна» в РФ ожидается умеренное восстановление экономики уже в конце 2020 года, и этот импульс сохранится в 2021 году, что приведет к увеличению ВВП (до 2,7%), восстановлению потребительского спроса, увеличению инвестиционной привлекательности (на 3%). Несмотря на сокращение реальных располагаемых доходов населения в период пандемии и периода мер сдерживания, ожидается, что уровень бедности незначительно снизится уже к концу 2020 г., благодаря мерам поддержки, объявленным правительством РФ.

По прогнозам компании Euler Hermes (международная страховая компания) российский ВВП уменьшится в нынешнем году на 5,1%. В 2021 году полного восстановления не произойдет, но ВВП вырастет на 2,9%.

Докризисного уровня экономика страны сможет достичь лишь в 2023 году.

Аналитики компании, также, отмечают риск введения новых западных санкций против России и вероятность дальнейшей переориентации российской внешней торговли и инвестиционных потоков в сторону Китая.

Обновленный прогноз текущего и 2021 года также представил Евразийский экономический союз – согласно ему подготовлены 2 сценария развития мировой экономики и государств, членов ЕАЭС – сценарий «Рецессия» и сценарий «Депрессия».

В сценарии «Рецессия» стабилизация ситуации в мировой экономике и на сырьевых рынках, а также ожидаемая реализация внутренних структурных преобразований в ряде стран региона станут ключевыми факторами увеличения темпов роста ВВП государств – членов ЕАЭС в 2021-2022 гг. Национальные (центральные) банки большинства государств – членов ЕАЭС могут перейти к циклу смягчения денежно-кредитной политики в течение 2020 года в условиях слабости внутреннего спроса и его дезинфляционного воздействия в среднесрочной перспективе.

По мере стабилизации ситуации на финансовых рынках прогнозируется снижение ключевых ставок монетарной политики в России, Армении, Беларуси и Казахстане, которые могут опуститься ниже нейтральных уровней в 2021 году для стимулирования экономической активности.

Ослабление национальных валют окажет давление на стоимость импортируемых товаров, что внесет основной вклад в повышение темпов роста потребительских цен в большинстве стран региона в 2020 году.

Согласно прогнозам, степень влияния валютного курса на инфляционные процессы в большинстве государств – членов ЕАЭС в последние годы снизилась вследствие перехода к плавающим режимам курсообразования и повышения сбалансированности монетарной политики.

Прогнозируемое ослабление внутреннего спроса и сокращение роста цен в странах, являющихся основными торговыми партнерами, будет оказывать значимое дезинфляционное влияние. Наибольшее воздействие данных факторов ожидается в 2021 году, что приведет к существенному замедлению инфляции в большинстве государств – членов ЕАЭС.

Сценарий «Депрессия» предполагает, что негативные тенденции в мировой экономике будут только усугубляться, что может послужить причиной дальнейшего падения цен на ключевые товары экспорта государств – членов ЕАЭС (в первую очередь на энергетическое сырье и металлы). Развитие эпидемической ситуации в государствах-членах также труднопредсказуемо, что не позволяет с полной уверенностью говорить о скором снятии карантинных мер в ряде стран.

Стимулирующий эффект внутренней макроэкономической политики в государствах – членах ЕАЭС может быть ограниченным ввиду отсутствия значительных резервов.

В связи с пересмотром параметров бюджетной политики ожидается увеличение дефицита бюджета государственного сектора, а также превышение большинством государств-членов (за исключением Беларуси) установленного критерия конвергенции ЕАЭС по бюджетному дефициту в 3% ВВП.

Ожидается, что по мере стабилизации ситуации в экономиках странами будет осуществлен возврат к проведению бюджетной политики в рамках установленных бюджетных правил.

Нефть за 40$

Согласно последним опубликованным данным, Еврокомиссия улучшила прогноз по спаду ВВП России в 2020 году до 4,3% и прогноз восстановления экономики в 2021 году до 2%. Это связано с реформированием макроэкономической системы в России, основанной на гибких курсах обмена валюты, относительно закрытой и статичной природе экономики, сдерживанием инфляции на уровне 4%.

Стабильному развитию экономики будет способствовать, также, относительная стабильность нефтяных цен, которые в 2020-2022 годах, согласно прогнозу Еврокомиссии, будут оставаться в интервале от $42,6 до $46,4 за баррель.

Прогноз основных макропоказателей ЕК представил следующим образом: безработица на уровне 6,2%, в следующем году – 5,8%, в 2022 году – 4,8%, индекс потребительских цен увеличится в России соответственно на 3,5%, 3,7% и 4%, падение российского экспорта в 2020 году на 13,3%, импорта – на 13,4%.

В следующем году ожидается повышение этих показателей на 6,3% и 3,6%, в 2022 году – на 5,7% и 4,7% соответственно.

Умеренный оптимизм

Впервые в истории в этом году Счетная палата РФ представила макропрогноз на 2021-2022 гг. Таким образом, в 2021 году, когда начнется массовая вакцинация и завершится период ограничений, ожидается, что темп роста мировой экономики ускорится до 5% после спада на 5% в 2020 году, а в 2022-2023 годах вернется к средним значениям 2010-2019 годов, то есть около 3,5% в год.

Сделка ОПЕК+ в базовом сценарии будет действовать в полном объеме до конца первого квартала 2022 года, а после – в 2022-2023 годах объемы нефти на мировом рынке должны вернутся на уровень 2019 года. Среднегодовая цена на российскую нефть Urals в 2020 году заложена на уровне $42 за баррель, в 2021 году – $50 за баррель, а в 2022-2023 годах – $55 за баррель.

В следующем году российский ВВП вырастет на 2,2%, а в 2022-2023 годах темпы роста экономики ускорятся до 2,5-2,7% в год. Для сравнения: правительство в своем базовом сценарии ожидает роста ВВП на 3,3% в 2021 году и выхода экономики на докризисный уровень уже в третьем квартале 2021 года, в 2022 и 2023 годах темпы роста ВВП России должны составить 3,4 и 3% соответственно.

Безработицу в 2020 году Счетная палата прогнозирует на уровне 6,3% экономически активного населения с пиковым значением в августе-сентябре 2020 года не выше 6,5%, что соответствует масштабам безработицы в кризис 2015-2016 годов, но уже в 2022 году она должна вернуться на докризисный уровень – в районе 4,5%.

Консервативный сценарий прогноза Счетной палаты предполагает более жесткое прохождение мировой экономикой и отчасти Россией второй волны пандемии COVID-19 осенью и зимой 2020-2021 годов и, возможно, весной 2021 года.

Общая тенденция к постепенному повышению цен на нефть на протяжении 2021-2023 годов сохранится, но оно будет медленнее. Среднегодовая цена на российскую нефть Urals в 2020 году составит $40 за баррель, в 2020 году возрастет до $45 за баррель, а в 2022-2023 годах – $55 за баррель.

В результате спад ВВП России в 2020 году составит 4,8 против 4,2% в базовом сценарии. Различие между сценариями сильнее проявляется в 2021 году: темп роста экономики будет почти на 1 п.п. ниже, чем в базовом, – 1,3 против 2,2%.

В обоих сценариях прогноза экономика России по импорту машин и оборудования не выходит к концу 2023 года даже на уровень 2019 года в том числе потому, что реальный курс рубля остается ниже докризисного уровня, импортные машины и оборудование остаются дорогими для реализации инвестпроектов, ориентированных на внутренний рынок.

Как завершится кризис из-за коронавируса. Главные прогнозы :: Экономика :: РБК

В апреле 2020 года, когда российская экономика переживала объявленный президентом режим нерабочих дней, а население — самоизоляцию, группа либеральных экономистов, включая Владислава Иноземцева, Владимира Гимпельсона, Сергея Гуриева и др., представила программный доклад с антикризисными предложениями для правительства, призвав в разы увеличить масштабы господдержки.

В их консенсус-прогнозе, опубликованном в разгар карантина, предполагалось, что глобальная экономика упадет на 1,9%, а российская — на 5,7%.

Бывший зампред ЦБ и один из авторов доклада Сергей Алексашенко прогнозировал, что установление контроля над пандемией COVID-19 возможно только в середине 2021 года, при этом успехи в одних странах и регионах будут чередоваться с провалами в других (.pdf).

После завершения второго квартала, по итогам которого ВВП России рухнул на 8% в годовом выражении, разброс оценок годового сокращения ВВП России к концу июля был высок: от минус 4,5% (ВЭБ.РФ) до минус 8% (ОЭСР).

Международный валютный фонд ожидал падения экономики России на 6,6%, Всемирный банк — на 6%. Банк России прогнозировал сокращение российского ВВП в диапазоне 4,5–5,5%.

Но ни один из прогнозов не предполагал полного восстановления российской экономики в 2021 году.

Волна отложенного спроса после снятия большинства карантинных ограничений летом 2020 года поддержала российскую экономику в третьем квартале. По данным Росстата, спад ВВП замедлился до минус 3,6% в годовом выражении, но, по оценкам экономистов, в четвертый квартал Россия вошла с уже исчерпанным потенциалом восстановления, падающими доходами населения и второй волной СOVID-19.

Минэкономразвития, отвечающее за разработку официального прогноза правительства (необходим для формирования бюджета на три года), взяло значительную паузу на разработку документа. Сперва обозначив, что новый макропрогноз будет представлен 9 апреля, министерство официально опубликовало его сценарные условия, одобренные правительством, только в сентябре 2020-го (.

pdf). Ведомство Максима Решетникова не заложило в прогноз вторую волну COVID-19 и введение повторных карантинных ограничений. В Минэкономразвития посчитали, что российская экономика прошла нижнюю точку падения (второй квартал 2020 года) лучше, чем ожидалось, и лучше, чем другие крупные страны. И выход на докризисный уровень произойдет уже в третьем квартале 2021 года.

В базовом сценарии правительство ожидает, что падение ВВП в пандемийном 2020 году составит 3,9%, а в 2021 году экономика вырастет на 3,3%. Темпы роста ВВП России в 2022 и 2023 годах должны составить 3,4 и 3% соответственно.

Читайте также:  Как оформить расторжение сделки правильно

Независимые экономисты и Счетная палата раскритиковали официальный прогноз правительства за излишне оптимистичные ожидания быстрых темпов восстановления.

«Мало того, что в прогноз Минэкономразвития не заложена вторая волна [COVID-19], не совсем понятна обоснованность такого оптимистичного прогноза по росту в 2021-м и особенно в 2022 году», — замечал ректор Российской экономической школы (РЭШ) Рубен Ениколопов, добавляя, что никаких структурных изменений в экономике, конкретных мер, способных обеспечить долгосрочное повышение темпов роста ВВП, в прогноз не заложено.

Если темпы роста экономики окажутся меньше прогнозируемых правительством, бюджет в предстоящие три года может недосчитаться доходов (например, от НДС, налога на прибыль и дивидендов госкомпаний).

Чтобы избежать роста дефицита, придется либо резать расходы, либо снова мобилизовывать доходы через дополнительные изъятия у бизнеса или населения. В сентябре ЦБ представил альтернативные сценарии развития, в котором заложил риск второй волны пандемии.

Новый рост заболеваемости приведет к необходимости увеличивать расходы на фоне угрозы повторных карантинных ограничений. В рисковом сценарии экономика восстановится до докризисного уровня только к 2024 году.

Перспективы российской экономики: кризис и пути выхода

В октябре Счетная палата в качестве «элемента конструктивной критики» впервые опубликовала свой собственный макропрогноз.

Он оказался негативнее ожиданий правительства: быстрого отскока экономики в 2021 году за счет «эффекта базы», по мнению госаудиторов, не произойдет в отличие от большинства других стран.

В 2021 году российский ВВП вырастет только на 2,2%, а в 2022–2023 годах темпы роста экономики не достигнут целевых 3%. На докризисный уровень 2019 года реальный ВВП России возвратится только в 2022 году, считают в ведомстве Алексея Кудрина.

В ответ правительство настаивало, что тенденции, заложенные в сентябрьском прогнозе, «в целом оправдывают себя», а оценки ключевых макропараметров близки к консенсус-прогнозам аналитиков и международных организаций.

В середине октября МВФ улучшил оценку падения российской экономики по итогам 2020 года до 4,1% (в июне оценка составляла 6,6%), напомнили в правительстве.

Однако Всемирный банк прогнозирует, что спад экономики России в 2020 году окажется сильнее ожиданий правительства — на 5%, а ОЭСР оценивает падение российского ВВП и вовсе на 7,3% по итогам текущего года.

За счет эффекта низкой базы в 2021 году трудно будет получить динамику российского ВВП ниже плюс 2,5–3%, но будут факторы, которые будут тянуть его вниз и тормозить в целом восстановление экономики, — это прежде всего спад частных инвестиций на фоне низкого спроса, сложная ситуация с показателями чистого экспорта и, наконец, отсутствие прорывов в увеличении роста реальных денежных доходов домохозяйств, полагает доктор экономических наук, член-корреспондент Российской академии наук Александр Широв. По его оценкам, возврат ВВП России на докризисный уровень возможен только в третьем-четвертом квартале 2022 года.

Массовая вакцинация прежде всего поддержит сектор услуг, но не будет иметь решающего влияния для всей экономики, полагает Широв.

Опыт первого и второго кварталов 2020 года показал, что экономический ущерб должен сдерживаться: сейчас правительства всех стран стараются не закрывать производственный сектор, то есть те секторы экономики, на которые приходятся основные виды доходов, считает Широв.

Закрытие торговых центров, ресторанов, общественных мест положительно повлияло на сдерживание распространения коронавируса, но карантинный эффект остановки деловой активности в реальном секторе и строительстве был несопоставим с экономическими потерями, считает он.

Начало промышленного производства российской вакцины от COVID-19 в России — «это вопрос дней и недель», заявил в интервью RT пресс-секретарь президента Дмитрий Песков в пятницу, 13 ноября. По словам директора Центра им. Гамалеи Александра Гинцбурга, массовая вакцинация от коронавируса в России должна начаться в январе-феврале 2021 года и может продлиться около года.

Первой российской вакциной стала разработка Центра им. Гамалеи Минздрава России, получившая название «Спутник V». Сейчас она проходит этап пострегистрационных исследований в Москве, в котором принимают участие 40 тыс. человек.

Большинство российских врачей заявили, что не готовы сделать себе прививку «Спутник V».

Отвечая на вопрос о причинах недоверия к вакцине, 66% медиков заявили, что нет достаточных данных о ее эффективности, а 48% смутил тот факт, что создать средство удалось за слишком короткое время.

Вторая российская вакцина — «ЭпиВакКорона» научного центра «Вектор» Роспотребнадзора — была зарегистрирована 14 октября. В пострегистрационных исследованиях препарата, которые пройдут в ноябре, примут участие также 40 тыс. человек в разных регионах России, отдельно ее протестируют на 150 добровольцах старше 60 лет.

В ноябре были опубликованы результаты финальной стадии испытаний вакцины компаний Pfizer и BioNTech. В ходе тестов было выявлено 94 подтвержденных случая заражения COVID среди 43 538 участников исследования.

Pfizer и BioNTech заявили, что разделение этих случаев между вакцинированными и теми, кто получал плацебо, указывало на эффективность вакцины выше 90% через семь дней после второй дозы.

Окончательный процент эффективности вакцины может варьироваться по мере дальнейшего сбора данных о безопасности и дополнительных исследований.

Свет в конце: что ждет Россию в 2020-2023 гг.?

Перспективы российской экономики: кризис и пути выхода

Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) представил свое видение развития ситуации в российской экономике в 2020-2023 гг. Аналитики рассказали о ВПП, инвестиционных рынках, курсах валют, товарообороте, инфляции и безработице.

Состояние экономики сейчас

ЦМАКП считает, что новый «коронавирусный кризис» является системным, спровоцированным сразу несколькими факторами. Во-первых, большинство развивающихся и развитых стран оказались в ситуации перекредитования. Это привело к тому, что в экономике появились «пузыри», в особенности на рынках финансовых активов высокотехнологичных компаний.

К кризисному состоянию привели и дефолты по государственным долгам отдельных стран (например, Аргентины и Ливии). Перекредитование приводит и к дефолтам корпоративных долгов, когда заемщики-компании не могут расплатиться с кредиторами.

А потому пандемия коронавируса лишь ускорила неизбежный процесс экономического «перегрева», на который, к слову, уже неоднократно указывал Всемирный банк. Во-вторых, кризисное состояние оказалось спровоцировано перенасыщением рынка нефти.

Если раньше предложение поставщиков «черного золота» сдерживалось сокращением добычи со стороны Саудовской Аравии, а также уходом с рынка Венесуэлы, то сейчас этих сдерживающих факторов после распада сделки ОПЕК+ фактически нет. В-третьих, затяжная конкуренция между Китаем и США не могла не отразиться на состоянии мировой экономики. Однако у России были и свои причины для рецессии.

Много средств и сил было потрачено на подготовку к реализации национальных проектов, предусматривающих развитие ненефтяных секторов экономики. Повышение налога на добавленную стоимость (НДС) и международные санкции заставили нашу страну адаптироваться к новым ограниченным условиям существования, что сказалось на ее экономической активности.

В-четвертых, COVID-19 спровоцировал серьезное падение целого ряда отраслей. Сильнее всего пострадала автопромышленность, спад которой в 2020 году может достигнуть 37,5 %.

Большие потери зафиксированы и у рынка услуг (спад на 23,2 %), сфер общественного питания и гостиничной деятельности (спад на 22,9 %), строительства (спад на 22,5 %), производства электрооборудования, компьютеров, электронных и оптических изделий (спад на 18,4 %).

Развитие ситуации сложно прогнозировать, поскольку непонятно, стоит ли ожидать «второй волны» распространения коронавируса, что повлечет новые ограничения в экономической деятельности. Вопросы вызывают и цены на углеводородном рынке: будет ли каждая страна сама за себя, или все вновь попытаются договориться и ограничить добычу.

И, конечно, стоит ли ожидать перехода циклического кризиса в этап структурного, когда целые страны остановят свою экономику либо из-за пандемии, либо из-за нехватки ресурсов. ЦМАКП считает, что падение ВВП будет более существенным, чем предсказывается в оптимистичных сценариях (- 11 %). Поддержать показатели ВВП можно будет за счет постепенного ухода импорта с рынков.

Тогда инвестиционная, экспортная и потребительская сферы смогут продолжить устойчивое развитие. Однако не стоит ожидать существенного прироста ВВП даже при благоприятном стечении обстоятельств. В 2023 году вряд ли можно будет увидеть прироста ВВП более, чем на 1,9-2,3 %. Сильный удар получит инвестиционный рынок: прогнозируется спад капиталовложений на 25 %.

Даже если предположить, что в период 2021-2023 гг. инвестиционный рынок вновь покажет рост, он не «перекроет» свыше 66 % кризиса. Все это скажется на конкурентоспособности российской продукции. С учетом этого можно ожидать развитие следующего сценария: стагнация – кризис торгового баланса – девальвация – инфляция – стагнация.

Аналитики ожидают снижения реально получаемой заработной платы в 2020-2021 гг. Наибольший спад произойдет в 2020 году, когда доходы россиян сократятся в среднем на 9-9,3 %. В 2021 году спад продолжится, хотя и менее интенсивно (- 1,7-2 %). 2022 год будет годом восстановления, и рост зарплат можно будет ожидать только к 2023 году (+ 2-2,5 %).

Товарооборот будет снижаться не так сильно, несмотря на снижение реально располагаемых доходов россиян. ЦМАКП объясняет это «эффектом Энгеля»: граждане не захотят отказываться от потребления товаров первой необходимости и будут тратить на них сбережения, но откажутся от потребления необязательных услуг.

Потому падение товарооборота в 2020 году будет варьироваться в пределах 7-7,3 %, а в 2021 году – 1,5-2 %. Поскольку финансовые организации будут слабо кредитовать население, с 2022 года можно ожидать «уравнивания» между показателями товарооборота и располагаемыми доходами россиян. Отдельный вопрос касается ослабления рубля.

ЦМАКП считает, что во II полугодии 2020 года следует ожидать отток капиталов с развивающихся рынков, повышение спроса на иностранную валюту у граждан. Поскольку низкие цены на нефть, скорее всего, останутся, то в 2020-2022 гг. стоимость одного доллара будет варьироваться в пределах 95-103 руб. В 2022-2023 гг. рубль сумеет укрепиться, и цена доллара составит 87-90 руб.

Уровень инфляции в 2020 году составит 5,5-6 % или немногим выше. В последующие года ее показатели вряд ли превысят 4-4,5 %. Василий Карпунин, начальник отдела экспертов по фондовому рынку «БКС Брокер», считает, что общее снижение ВВП по итогам 2020 года может быть около 3,8-6 %. Инфляция, по мнению эксперта, уложится в диапазон 4-4,5 %, и вряд ли стоит ожидать ее сильного разгона в будущем. Оснований для ожидания повышения инфляции нет в первую очередь из-за того, что спрос подавлен и быстро не восстановится. К тому же Банк России может превентивно ужесточить денежно-кредитную политику, чтобы не допустить избыточного внепланового роста цен.

«Рост курса USD/RUB в сторону 100, как мне кажется, выглядит экстремальным и маловероятным событием. Этот расклад должен быть сопряжен с устойчивым сохранением цен на нефть около 20-25 долл. за баррель, что вряд ли возможно. Такой уровень цен вынудит сократить добычу во многих регионах мира, что спровоцирует восстановление. То есть на продолжительном периоде дешевая нефть вряд ли возможна», – рассуждает Василий Карпунин.

Начальник отдела экспертов по фондовому рынку «БКС Брокер» напомнил, что локальные провалы к 20-25 долл. за баррель нефти марки Brent не привели к росту курса даже выше 90 руб. Михаил Королюк, начальник отдела доверительного управления инвестиционно-финансовой компании «Солид», рассказал ДОЛГ.РФ, что пока рубль держался «на плаву» за счет ослабевшего импорта. Например, в Россию перестали поступать цветы из Нидерландов, поскольку многие магазины закрыты. Также приостановлен выездной туризм. Однако уже летом 2020 года можно ожидать ослабления рубля.

Аналитик согласен с прогнозом Министерства экономического развития РФ, ожидая незначительного ослабления курса рубля по отношению к доллару до 75-76, а к евро – до 82-83.

Положение курсов валют в настоящий момент находится в «докризисном периоде» 2019 года (такие показатели наблюдались в течение 2 месяцев прошлого года).

Читайте также:  К чему приведет туризм за счет работодателя?

Михаил Королюк придерживается нейтральной позиции и считает, что, хотя наступление кризиса провоцирует всевозможные трудности на рынках, многие аналитики излишне пессимистичны.

Олег Богданов, ведущий аналитик QBF, считает прогнозы ЦМАКП очень далекими от реальности. По его мнению, вторая волна коронавируса, если она случится, не вызовет такой нервной и неадекватной реакции, которую продемонстрировали власти во многих странах. Все будет гораздо спокойней и тише, никакой остановки производств не произойдет. «Как показывает китайский опыт и последние данные из Европы и США, очень быстро после эпидемии восстанавливаются как потребительский спрос, так и промышленное производство. Резкий рост показателей по безработице сменился на противоположную тенденцию. Экономических предпосылок к кризису в начале текущего года не было. Проблемы вызваны действиями властей из-за эпидемии», – рассуждает Олег Богданов. Ведущий аналитик QBF прогнозирует рост мировых экономик к концу 2020 года на фоне масштабного монетарного и фискального стимулирования. Курс доллара к рублю к концу года ожидается в районе 70-72, но даже об этом можно говорить с большими сомнениями. Екатерина Донцова, операционный директор кэшбэк-сервиса Backit и партнерской сети ePN Affiliate выразила предположение, что на фоне пандемии коронавируса дать серьезный экономический рост может сфера медицины. Вопрос в том, есть ли на чем расти? Какой порог входа в медицину, чтобы можно было бы достаточно быстро нарастить кадры, как это происходит в IT-сфере? По мнению эксперта, с выходом из карантина оживут и другие сферы экономики. Цены на нефть все равно пойдут вверх, увеличится спрос на перевозки. В вопросах экономического развития, по словам Екатерины Донцовой, нужно думать не только о компаниях, но и о людях. От сохранения покупательского спроса зависит потребительский рынок и огромные секторы – от сельского хозяйства до легкой промышленности. И то, что впервые за долгие годы Правительство РФ говорит о реальной поддержке населения (пусть небольших, но уже поступающих выплатах) – это позитивный сигнал. Аналитики банка «Фридом Финанс» считают, что для устойчивого и значимого ускорения экономического роста России придется решить несколько существенных проблем. Первая из них в том, что накопленная задолженность в секторе кредитования нефинансовых предприятий, смежным с ипотекой, выросла в 2019 году до 8 %. Это максимум за 15 лет. Объем этого сектора – около 33 трлн руб., в 2 раза больше объема рынка кредитования физических лиц. Вторая проблема – низкий с точки зрения долгосрочного периода уровень достаточности капитала в банковском секторе. Достаточность капитала российской банковской системы составляла в августе 12,3 %. Это приблизительно та же величина, что и перед кризисом 2008 года. И это меньше, чем перед кризисом 2014 — 2015 года (на январь 2014 года этот показатель составлял 13,5 %).

Напомним, что глава Банка России Эльвира Набиуллина высказывалась, что финансовый сектор хорошо подготовлен к «экономическим испытанием», а потому кризис в настоящих условиях невозможен.

Третья проблема – низкая монетизация экономики. Ставки банков по кредитам в последние годы меняются крайне мало, несмотря на снижение ставки ЦБ РФ. Банки оценивают риски по уровню «справедливой» инфляции в 11-12 %, определенной как скорость обращения денежной массы. Исходя из долгосрочной практики антикризисных мер, учитывая средний прогноз снижения ВВП РФ в 2020 году в 5 %, суммарный антикризисный пакет должен быть не менее 5 % ВВП. Кроме того, исходя из ситуации в банковской сфере, в антикризисный пакет должны быть включены меры по докапитализации банков и помощи заемщикам. Их объем – исходя из опыта кредитного шока 2008 года — должен составлять на начальном этапе еще порядка 3-5 % ВВП.

В рамках базового сценария (после решения проблем, связанных с ограничением спроса в рамках анонсированной борьбы с коронавирусом) экономика РФ останется в тех же условиях значительной дивергенции потенциального спроса на основе внешних факторов и сложной внутренней макроэкономической ситуации, тормозящей рост.

Российская экономика: все плохо, будет еще хуже

Этот апокалиптический прогноз сделал экономист, политолог, геостратег Андрей Школьников. По его мнению, «мир летит, все рушится.

Мы уже находимся в великой депрессии и за эмиссией этого пока не можем увидеть».

А после обрушения экономики пройдет еще несколько лет, прежде чем будут запущены процессы стабилизации, и только после этого начнется поэтапный выход из мирового кризиса.

Так же пессимистично настроен глава комитета Госдумы по бюджету и налогам Андрей Макаров. Он не только считает, что в ближайшее время мировую экономику ждёт очередной масштабный кризис, но и убежден, что по своим масштабам этот кризис будет чудовищнее американской Великой Депрессии.

Одна из причин надвигающейся катастрофы — за период пандемии коронавируса на мировом рынке ценных бумаг образовался пузырь. Как только он лопнет, а это неминуемо, наступит хаос. И каждой стране с этим придётся справляться в одиночку, поскольку глобальные механизмы вроде ВТО в сложившейся ситуации попросту не могут нормально функционировать.

Немногим ранее эксперты Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования пришли к выводу, что до апреля 2022 года начнется банковский кризис. Они считают, что монетарные стимулирования сильно разгонят рынок и приведут к его перегреву. И только новый циклический спад поможет охладить экономику.

В общем, перспективы несколькими словами можно охарактеризовать так: все плохо, будет хуже.

Это уважаемые эксперты серьезно утверждают или чтоб электорат перед выборами попугать?

— Экономический кризис неизбежен, но есть тонкости, которые надо учитывать, считает выдающийся экономист Михаил Хазин. — В очень общих чертах в этих прогнозах дается правильное видение картины мира.

Но надо помнить, что Великая Депрессия в США началась с обвала финансовых активов. Этого у нас сейчас не наблюдается. Кроме того, в 1929—1932 годах не было эмиссии.

Через 4−5 лет будет обвал финансовых рынков, и вот тогда мы поймем, что живем в Великую Депрессию. Но пока она не наступила.

«СП»: — Можно ли как-то избежать этой напасти? Мы уже устали от потрясений.

— К сожалению, избежать этого никак не удастся. Можно только психологически подготовиться к тому, что экономический кризис неизбежен.

Прогноз Михаила Хазина оптимизмом не отличается. Но Валентин Катасонов, профессор МГИМО, настроен еще пессимистичнее. По его мнению, кономика России пребывает в глубоком кризисе с момента распада СССР. Мы уже привыкли к нему и перестали адекватно реагировать на происходящее.

— Я напомню, что кризис — это падение производства, макроэкономических показателей, которые отражают масштабы хозяйственной деятельности, национальный доход. С этой точки зрения мы никогда из кризиса не выходили. Фактически мы уже 30 лет находимся в перманентном кризисе, а нам говорят про новый.

Российская экономика напоминает самолет, теряющий высоту. Иногда чуть-чуть приподнимаемся, но в целом самолёт всё равно несется к земле. Вопрос только в том, удастся ли его хоть как-то посадить, или он разобьется.

«СП»: — Какие меры нужно предпринять, чтобы выйти из состояния перманентного кризиса?

— Для этого надо менять наше сознание. Ведь что такое кризис? В переводе с греческого это слово означает «суд», причем суд Божий. Мы обсуждаем кризис, но не желаем принять, что это — наказание за человеческую алчность, глупость и другие провинности.

До тех пор, пока мы будем пытаться решить экономические проблемы только экономическими мерами, наши действия будут напоминать попытки барона Мюнхгаузена вытащить себя с лошадью из болота за волосы. Экономические кризисы бывали и раньше. И они были следствием более серьезных проблем, чем ситуация в экономике.

«СП»: — Глубокий кризис в экономике обычно приводит к тому, что то или иное государство для его преодоления развязывает войну.

— Да, война — это способ преодоления кризиса. США справились с Великой Депрессией, вступив во Вторую мировую. Но нам не война нужна, а национально-освободительное движение! Можно вспомнить Великую смуту, Минина и Пожарского, которые вдохновили народ на освобождение Москвы, или революцию 1917 года.

Вот 1 июля президент подписал указ: Стратегия Национальной безопасности России, где ключевое слово — суверенитет. Прочитав 40 страниц, можно поверить, что мы живем в суверенном государстве. Но по факту мы сильно зависимы! Пока не удастся это осознать и изменить — ничего не получится.

В общем, кризиса избежать не получится никак. По некоторым прогнозам, его спровоцируют США, Китай и страны Евросоюза, которые выйдут из режима «дешевых денег», что приведет к исчезновению многих компаний, особенно аграрных и промышленных. Впрочем, есть один сценарий…

По нему в России должен произойти так называемый «социальный разворот». Зарплаты бюджетников, МРОТ и даже пенсии увеличатся. В результате население станет жить лучше, потребительский спрос повысится, а это увеличит доходы компаний. И всем будет счастье.

Скажите честно, вы в такую возможность верите?!

Эксперты ВЭО России назвали пути выхода из кризиса

Москва, 7 мая. Есть ли у страны шанс избежать рецессии, как выйти из кризиса с наименьшими потерями, сохранить достойный уровень жизни населения, устранить возможную социальную турбулентность, обсудили эксперты Вольного экономического общества России.

В онлайн-формате состоялась 26-я экспертная сессия Координационного клуба ВЭО России, посвященная теме «Постпандемическая экономика: как не допустить рецессии?»

Модератором выступил Сергей Бодрунов, президент ВЭО России и Международного Союза экономистов.

Сергей Бодрунов отметил, что в этом году мы столкнулись с «беспрецедентно широким ассортиментом» шоков, в частности, сложной эпидемиологической ситуацией, жесткими карантинными мерами, падением цен на нефть и снижением экспортного спроса. Это привело к тому, что российская экономика оказалась на пороге рецессии.

Есть ли у страны шанс избежать рецессии, как выйти из кризиса с наименьшими потерями, сохранить достойный уровень жизни населения, устранить возможную социальную турбулентность – эти вопросы были вынесены на повестку экспертной сессии.

ВВП России может снизиться на 5,3% в 2020 году. Такую оценку дал в ходе мероприятия член Правления ВЭО России, главный экономист Внешэкономбанка Андрей Клепач.

«Однако масштабы падения ВВП в этом году – неключевой вопрос, что действительно важно – это когда восстановится экономический рост и как страна будет выходить из кризиса», – добавил экономист.

Согласно оптимистичному прогнозу, на который опирается ВЭБ.РФ, в ключевых регионах, где наибольшее число заболевших, пик эпидемии будет пройден в конце мая – начале июня.

  • Андрей Клепач убежден, что выход из карантина будет носить длительный характер, впереди «непростые годы, но в то же время это окно возможностей».
  • «Кризис заставит переосмыслить, какие сектора и отрасли являются перспективными, повысит роль здравоохранения, – отметил эксперт, – должна быть создана новая развитая индустрия: пока 80% субстанций для российских лекарств мы получаем из Китая и Индии, значительная часть комплектующих для тех же ИВЛ также производится в Китае».
  • По мнению Андрея Клепача, новые медицинские технологии, в том числе микробиология, могут стать драйверами для роста российской экономики.

С этим согласился член Президиума ВЭО России, директор Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Борис Порфирьев. По мнению академика, сегодня следует акцентировать внимание на тех нацпроектах, которые могут стать драйверами роста, в частности, на «Цифровой экономике» и «Здравоохранении».

Борис Порфирьев подчеркнул, что некоторые нацпроекты, например «Здравоохранение», нуждаются в переформатировании.

«Следует пересмотреть финансирование системы здравоохранения, – полагает академик, – оно должно быть порядка 8-9% ВВП, возможно, больше, также встает вопрос о поддержке медицинской науки».

Вице-президент ВЭО России, президент ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН Александр Дынкин отметил, что Россия оказалась более-менее готова к текущему кризису, благодаря минимальному госдолгу, сбалансированному бюджету, Фонду национального благосостояния и внушительным золотовалютным резервам.

  1. «Сейчас важно строить финансовые мосты в будущее, не торопиться использовать все ресурсы, как это было во время кризиса 2008-2009 годов, потому что ситуация другая, – полагает эксперт, – необходимо сохранить устойчивость банковской системы и не разрушить конкурентный климат, который у нас и так очень низкий, ни у кого не должно быть особых преференций, за исключением критически пострадавших секторов экономики».
  2. Важность сохранения устойчивости банковской системы также отметил Александр Некипелов, вице-президент ВЭО России, директор Московской школы экономики МГУ имени Ломоносова.
  3. «Неправильно возлагать на банковскую систему бремя низкого или беспроцентного кредитования, его должно нести государство, у которого есть механизмы для финансирования дефицита бюджета, ставить под угрозу платежную систему страны – неразумно», – полагает академик.
  4. Член Президиума ВЭО России, исполнительный вице-президент РСПП Александр Мурычев напомнил о необходимости поддержки крупного бизнеса, пострадавшего от эпидемии.
  5. «Настало время расширить круг субсидий на модернизацию и техническое перевооружение производств, – отметил эксперт, – мы также направили в правительство предложение, связанное с расширением льготных кредитов для системообразующих предприятий».
  6. Еще одно предложение от РСПП – 50% авансирование госзаказа и перенос конкурсов с третьего и четвертого кварталов на второй.
  7. «Это поможет аккумулировать ресурсы для пополнения оборотных средств предприятий», – добавил Александр Мурычев.
  8. Что касается малого и среднего бизнеса, член Правления ВЭО России, уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов привел данные опросов, которые проводились среди российских предпринимателей.
Читайте также:  Таунхаусы: ситуация в волжском районе близка к разрешению

Согласно данным мониторинга состояния бизнеса в регионах, который проводит аппарат бизнес-омбудсмена, 56% предприятий временно приостановили свою деятельность. В сфере культуры не работает 86% компаний, в сфере бытовых услуг – 79%. 63% компаний заявили, что спрос на их услуги и продукцию сократился на 50% , 28% – что спрос снизился на 91%.

  • По мнению Бориса Титова, сейчас следует отказаться от валютных интервенций, которые ЦБ предпринимает для поддержания курса рубля.
  • «Мы сокращаем экспортные возможности тех предприятий, которые могли бы экспортировать, – отметил Титов, – автомобильная отрасль, которая не имеет спроса на внутреннем рынке, может держаться за счет экспорта, то же касается и сельскохозяйственных, и других предприятий».
  • Академик Абел Аганбегян подчеркнул, что главное в сложившейся ситуации – поднять доходы населения, потому что без платежеспособного спроса не может быть экономического роста.

Академик полагает, что выделенных правительством в рамках антикризисных мер 2,1 трлн рублей недостаточно. По его расчетам, в 2020 году на поддержку бизнеса и населения следует направить в пять раз больше – 10 трлн рублей.

«Мы выйдем из кризиса с удвоенной безработицей, с 30-35 млн бедных, нужны кардинальные меры», – подчеркнул академик.

Абел Аганбегян предложил поднять минимальную заработную плату до 20 тыс. рублей, установить пособие по безработице в размере 60% от заработной платы, но не выше 30 тыс., дать возможность женщинам выходить на пенсию в 55 лет, а мужчинам – в 60, и провести в 2022 году налоговую реформу.

«Необходимо отменить НДФЛ для людей с зарплатой до 30 тыс. и перейти к прогрессивной шкале налогообложения», – добавил эксперт.

  1. Если говорить о такой широко обсуждаемой мере поддержки, как «вертолетные деньги» (средства, выданные напрямую жителям страны в качестве поддержки), ее эффективность не всегда убедительна, полагает Александр Дынкин.
  2. Однако если кризис будет затяжной, видимо, к ней придется прибегнуть, добавил академик.
  3. «Эта мера должна быть направлена на наиболее уязвимые слои населения, необходимо исключить из получателей людей, которые работают в бюджетном секторе, и занятых в крупных госкорпорациях», – подчеркнул ученый.
  4. Вице-президент ВЭО России, научный руководитель Института экономики РАН Руслан Гринберг не согласился с таким подходом.
  5. «Точечность ведет к тому, что не помогают никому, – отметил эксперт, – мы находимся в такой ситуации, когда должен быть введен заявительный принцип выплаты пособий по безработице, это помогло бы ограничить социальное неблагополучие».
  6. По мнению члена Правления ВЭО России, заместителя директора Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Александра Широва, инвестиции в новые сектора экономики более эффективны, чем «вертолетные деньги», и сейчас удачный момент для этого.
  7. Россия может стать пятой экономика мира, если по итогам 2020 года мы упадем меньше, чем ФРГ, отметил эксперт.
  8. «Если Россия все же выйдет на пятое место по объему ВВП по паритету покупательной способности, хотелось бы что-то из этого извлечь, – добавил Александр Широв, – есть вероятность, что, когда острая фаза кризиса закончится, мы вернемся к политике макроэкономической стабилизации, а это риск для экономического развития страны».
  9. «У нас есть возможности и резервы подтолкнуть экономику на выходе из кризиса, и то, как мы запустим остановленные сектора, определит, какой будет наша экономика», – добавил эксперт.

Об этом же говорили и многие другие эксперты. По мнению Андрея Клепача, «на выходе из кризиса важно подойти к решению тех стратегических задач, которые мы не смогли решить раньше, а именно, найти определенный социальный баланс и создать экономику инновационного высокотехнологичного типа».

  • Вице-президент ВЭО России, научный руководитель Финансового университета при Правительстве РФ Дмитрий Сорокин также отметил, что нужна структурная перестройка, а не просто выход из кризиса.
  • Все предложения участников экспертной сессии будут аккумулированы Вольным экономическим обществом России, направлены в профильные государственные структуры и, надеемся, не останутся без внимания при подготовке новых пакетов антикризисных мер поддержки в условиях пандемии», – подвел итог экспертной сессии президент ВЭО России.
  • Возрастная категория 0+.

«Отскок дохлой кошки» и стагнация: эксперты о перспективах российской экономики

Перспективы российской экономики не внушают оптимизма. В 2021 году без структурных реформ нужно ожидать тяжелого постковидного восстановления в виде «отскока дохлой кошки» с попаданием в «ловушку-2022» в виде дальнейшей стагнации на фоне падения доходов россиян. Об этом, как передает корреспондент РИА «Новый День», шла речь сегодня на заседании Экономического клуба ФБК.

В частности, директор Института стратегического анализа ФБК Игорь Николаев назвал официальный прогноз о падении ВВП России по итогам текущего года, «мягко говоря, оптимистичным».

«По нашей оценке, мы получим от -5 до -6% по ВВП. Оптимистичные оценки, что у нас уже в следующем году будет 3,3% рост ВВП, а в 22 году – 3,4% – не учитывают особенности нашей экономики.

Если в следующем году выйдем в ноль – уже будет хорошо», – сказал он.

Как отметил эксперт, то, что выдается властями за устойчивость экономической системы и эффективное управление, в большей степени является следствием структурных особенностей отечественной экономики. «Доля ВДС (валовой добавленной стоимости) промышленности в ВВП превышает 30%, что в два раза больше, чем во Франции.

Если учтем, что наша промышленность в значительной степени представлена добывающим комплексом, которого не коснулись никакие карантинные ограничения, станет ясно, что это важная структурная особенность, из-за которой российская экономика падала не так глубоко. А вот доля бизнес-услуг составляет у нас чуть более 6%, в то время как во Франции это – 16%.

Структурные особенности в значительной степени предопределяли и предопределяют глубину падения» – подчеркнул Николаев.

Экономист пояснил, что в этой ситуации драйверами «постковидного восстановления» станут отрасли, которые в структуре отечественной экономики представлены незначительно – сфера услуг, общепит, туристические компании. По его словам, динамика их развития в значительной степени будет основываться на потребительском спросе, но в условиях обеднения населения восстановление будет крайне затруднено.

«Особенности, которые были преимуществом во время кризиса, станут серьёзнейшим недостатком в эпоху постковидного восстановления. Люди будут входить в эту эпоху серьезно обедневшими.

После того, как доходы населения падали с 2014 года, они упадут еще сильнее – на 4-5% по итогам года.

И вот здесь уже выяснится: то, что ставили себе в заслугу – сохранение ФНБ (Фонд национального благосостояния) и то, что на широкомасштабную поддержку так и не пошли – приведёт к тому, что восстановление будет тяжелым и неоднозначным», – считает Николаев.

Руководитель Экономической экспертной группы Евсей Гурвич согласился, что ситуация в России будет ухудшаться. По его оценке, коронавирусный кризис показал, что оптимизм, который транслируют власти, и надежды войти в пятерку крупнейших экономик мира не обоснованы.

«Мы научились держать кризисный удар. Но не научились расти без улучшения нефтяной конъюнктуры. Я согласен, что мы будем медленно выходить из кризиса, и вернемся мы примерно к 2% роста, который стал нашим потолком.

Из-за пандемии цены на нефть будут восстанавливаться очень медленно. До 2025 года они вряд ли выйдут за пределы $50 за баррель. По оценкам МВФ, до 25 года мы в среднем будем расти на 1,1%.

Нам не удастся войти в пятерку стран с крупнейшим ВВП», – сказал Гурвич.

Более того, как считает эксперт, Россию могут потеснить с шестого места.

«Если не изменятся тренды, которые мы видим, то к 2025 году мы, если и приблизимся к Германии, то минимально, а к 2030 году мы с шестого места опустимся на седьмое – нас обгонит Индонезия.

Если мы хотим реализовать хотя бы умеренно-амбициозные планы, нужно приложить усилия для реструктуризации экономики», – подчеркнул он.

Ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников допустил, что в следующем году в России будет небольшой положительный «отскок» в экономике, но не более. «В 2021 году мы будем радоваться отскоку от кризисного дна, но не слишком продолжительное время. В следующем году все гораздо сложнее.

Помимо нашей статистики, результаты любого прогноза зависят от содержания экономической политики. С точки зрения экономической политики, вклад в экономический рост у нас сложный, трудно прогнозируемый. В следующем году мы отскочим и статистически, и за счет инвестиций.

Наверное, прорвёмся в интервал 2,5 – 3% по году», – отметил он.

В то же время Масленников подчеркнул, что главным итогом такого «отскока» станет «ловушка» 2022 года с дальнейшей стагнацией экономики.

«Она (ловушка) заключается в том, что мы восстанавливаемся в той же самой экономической структуре, как по поставу отраслей и их удельному весу, так и по самому главному – по совокупности условий ведения бизнеса и мотивации к инвестициям.

И мы получаем отскок «дохлой кошки» в 2021-м, а, начиная с 2022-го, начинаем плавно сползать», – сказал он.

Эксперт обратил внимание, что решения правительства очень принимаются быстро, и при этом часто вызывают недоумение. «Работа (кабинета министров) стала интенсивной, но настолько быстрой, что часто забывают прокомментировать, что они делают.

Интенсивность коммуникации с внешним миром, гражданами, бизнесом, отстает. Есть план, а содержание вызывает иногда, мягко говоря, сильное недоумение. Процесс принятия решений ускоряется, но решений какого качества?…» – заключил Масленников.

Москва, Александра Быстрицкая

Москва. Другие новости 15.12.20

«Разогретая молодежь уже готова…»: за пропаганду наркотиков в Интернете «светит» уголовная ответственность. / В Белграде зажгли вечный огонь, доставленный из России. / Будут сажать на 10 лет: Госдума одобрила уголовное наказание за пропаганду наркотиков в Сети. Читать дальше

© 2020, РИА «Новый День»

Подписывайтесь на каналыЯндекс НовостиЯндекс Дзен YouTube

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *