Малый бизнес: интревью андрея ларина

21.06.2021, 11:31 Мск Малый бизнес: интревью Андрея Ларина

Пандемия спровоцировала резкий скачок развития и внедрения цифровых сервисов. Участники секции «Цифровая трансформация» CNews Forum Кейсы делились успехами как в госсекторе, так и в коммерческих проектах. Предприятия с достаточными для выживания резервами смогли не только восстановиться, но и перешли на качественно новый уровень управления бизнес-процессами и взаимодействия с клиентами и партнерами.

страницы:

По данным директора кластера «Промышленность» SAP Алексея Леонтовича, в марте 2021 года промышленное производство вышло на докризисный уровень. Он обозначил три основных драйвера восстановления экономики после кризиса.

Это опережающая цифровизация, устойчивое развитие и экономика впечатлений. Данные и облака захватывают мир независимо от нашего желания. Экономика становится интеллектуальной, под это нужны инструменты.

Несмотря на большое количество кейсов и примеров из крупного бизнеса, SAP предоставляет услугу «Трансформация как сервис» компаниям любого размера.

Индекс промышленного производства в России

Источник: SAP 2021

Мощным драйвером трансформации, по мнению заместителя генерального директора EPAM Юрия Овчаренко, становятся внешние факторы. Самый очевидный на сегодняшний день – это коронавирус. Но есть и другие, не менее важные, например, экология.

Введение трансграничного углеродного налога и расчет коэффициентов, определяющих вклад производителей в загрязнение планеты, влечет за собой появление инструментов для управления этими процессами. У EPAM есть опыт создания платформы для сбора и обработки данных об углеродном следе.

Для того чтобы такая платформа полноценно работала, необходим обмен данными между предприятиями по всей цепочке создания товара. И уже сейчас есть пример создания такого межотраслевого альянса у нефтяников.

BPM и управление рисками

Источник: EPAM, 2021

Директор департамента информатизации в сфере управления здравоохранением интегратора ОТР Алексей Лапунов рассказал об опыте работы с государством.

Государственные сервисы тоже претерпевают трансформацию, чтобы оказывать проактивные услуги гражданам там и тогда, когда они им нужны. Это очень масштабные проекты, в которых задействовано огромное количество данных, серьезные поставщики инфраструктуры, комьюнити.

Для успеха внедрения государственной цифровой платформы необходимо готовить специалистов. В этом должны участвовать как эксперты ключевых компаний-разработчиков, так и ведущие вузы. Необходима документация и обучающие материалы, а также популяризация темы в сети.

Имея комьюнити, которое будет обмениваться знаниями и технологиями, государство сможет ускорить цифровую трансформацию своих сервисов и реализовать стратегию импортозамещения.

Малый бизнес: интревью Андрея Ларина Алексей Леонтович, директор кластера «Промышленность» SAP: Облачные технологии захватывают мир. Мы все пользуемся этими сервисами, даже если не замечаем. Малый бизнес: интревью Андрея Ларина Юрий Овчаренко, заместитель генерального директора EPAM: Чтобы платформа по управлению экологическими рисками заработала, нужен межотраслевой альянс для обмена данными. Малый бизнес: интревью Андрея Ларина Алексей Лапунов, директор департамента информатизации в сфере управления здравоохранением ОТР: Вокруг ГосТеха необходимо формировать сообщество компаний-разработчиков и создавать программы подготовки специалистов. Малый бизнес: интревью Андрея Ларина Елена Силкина, управляющий партнер SILA Union: Цифровой двойник закрепляет процессы не в виде регламентов и знаний в головах приходящих и уходящих сотрудников, а в виде анализируемых и работающих моделей. Малый бизнес: интревью Андрея Ларина Андрей Врацкий, CEO eXpress (Unlimited Production): Информационная безопасность может либо опустить шлагбаум перед процессом цифровой трансформации, либо его поднять. Малый бизнес: интревью Андрея Ларина Малый бизнес: интревью Андрея Ларина Малый бизнес: интревью Андрея Ларина Малый бизнес: интревью Андрея Ларина

Алексей Леонтович, директор кластера «Промышленность» SAP: Облачные технологии захватывают мир. Мы все пользуемся этими сервисами, даже если не замечаем.

Елена Силкина, управляющий партнер SILA Union, представила на мероприятии отечественное программное обеспечение для крупного бизнеса, которое соответствует всем требованиям импортозамещения.

Созданный специалистами цифровой двойник выводит предприятие на новый уровень управления процессами и бизнесом, внедряя работающую модель. Сейчас обстоятельства вынуждают подтягиваться и те организации, которые раньше считали, что не нуждаются в цифровизации.

Услугами SILA Union пользуются и средний, и малый бизнес.

Цифровой двойник

Источник: SILA Union, 2021

Такая разная цифровизация

Интересный кейс по трансформации коммуникационного пространства Росатома представил CEO eXpress Андрей Врацкий.

Огромное предприятие нуждалось в налаживании совместной работы сотрудников, которые добывают уран, перерабатывают его, строят атомные станции, эксплуатируют их, плавают на ледоколах и сидят в офисе.

Решение на базе федерации серверов объединило разрозненные предприятия на общей платформе.

В перспективе Atom Space из коммуникационной среды планируется превратить в пространство для совместной работы, где будет доступ ко всем необходимым бизнес-приложениям, возможность визировать документы электронной подписью. Личный кабинет сотрудника позволит персонализировать сервис. Планируется даже анализировать профессиональные интересы, чтобы сделать общение и контакты более продуктивными.

История совсем из другой сферы – оптимизация расхода лакокрасочных материалов и поддержка правильного химического состава рабочих жидкостей в металлургии. Руководитель направления дирекции цифровой трансформации НЛМК Юлия Винокурова рассказала, как были достигнуты коммерчески значимые результаты.

По мнению спикера, самое важное – это кроссфункциональная команда. Именно знания, опыт людей и правильное распределение зон ответственности между ними влияют на успех проекта. Для узкоспециализированных задач в НЛМК привлекали внешних экспертов.

Информацию о внедренных проектах нужно распространять и популяризировать, тогда идеи и инициатива будут исходить от бизнеса, который вдохновляется примерами коллег.

Цифровизацию заготовки леса директор по цифровой трансформации Segezha Group Сергей Меркулов описал почти как киберпанк.

Стереореконструкция лесовозов, облет территории хранилища дронами, мобильные измерения и обилие носимых гаджетов.

Основная цель – исключить человека из системы сбора и обработки данных, оставив ему только принятие решений в удобном интерфейсе по результатам анализа.

Сфера применения носимых устройств

Источник: Segezha Group 2021

Петр Подымов, архитектор предприятия «Леруа Мерлен», рассказал, как один из крупнейших ритейлеров от управления проектами перешел к управлению продуктами. По сути это превратилось в новую организационную структуру центрального офиса. Аналогичные изменения, по словам спикера, произошли в Сбере, но компания больше ориентировалась на опыт Amazon.

В процессе реструктуризации началась пандемия, которая стала настоящей проверкой на прочность. Перестроиться удалось за несколько дней, через несколько недель модель заработала продуктивно. Решения в более плоской иерархии принимаются быстрее, понятны KPI и результаты, можно ориентироваться на клиента и двигаться вперед малыми итерациями, уверен Петр Подымов.

Юлия Винокурова, руководитель направления дирекции цифровой трансформации НЛМК: Цифровая трансформация – это почти как спорт по азарту, по накалу страстей, по скорости изменений. Сергей Меркулов, директор по цифровой трансформации Segezha Group: Чтобы принимать бизнес-решения на основе анализа данных, данные должны быть чистыми и достоверными. Из процесса их сбора нужно исключить человека. Петр Подымов, архитектор предприятия, Леруа Мерлен: Домен не должен быть слишком сложным, это мешает выстраивать кроссфункциональное взаимодействие между ними. У нас это 50-150 человек. Михаил Ясаков, ИТ-директор Единого Сервисного Центра АО ДОМ.РФ: Ты зачастую не знаешь, где находится твой сотрудник в данный момент, и это не хорошо, не плохо, это данность. Тимур Колескин, CIO Ак Барс Банка: Цифровая среда будет поглощать все больше сфер деятельности, тихих гаваней становится все меньше.

Юлия Винокурова, руководитель направления дирекции цифровой трансформации НЛМК: Цифровая трансформация – это почти как спорт по азарту, по накалу страстей, по скорости изменений.

В жилищной сфере Единый сервисный центр «Дом.РФ» смог во время пандемии оптимизировать свою работу. Компании удалось трансформировать привычные процессы, пересмотреть подход к найму, мотивации и управлению персоналом.

На удаленку и гибридный формат перевели больше 70% сотрудников.

ИТ-директор Михаил Ясаков рассказал о том, как предприятие выросло через оказание услуг внутренним и внешним клиентам по модели SLA до полноценного партнера по развитию собственного и чужого бизнеса уровня VLA.

Value Level Agreement помимо сервисной функции предполагает аналитику, инновации и является инструментом оценки уровня добавленной стоимости. Пандемию спикер тоже отмечает как мощный стимул для положительных изменений. Она дала гибкость, скорость, дополнительные возможности и эффективность.

Цифровая трансформация в России

Источник: KMDA 2020

CIO АК Барс Банка Тимур Колескин поделился аналитикой компании KMDA, собранной по результатам опроса представителей российских предприятий в 2020 году.

Согласно их данным, лидерами цифровой трансформации в России стали финансовый сектор и государство в части предоставления услуг населению и обслуживания его бытовых нужд. Игроки финансового рынка часто становятся поставщиками решений для госуслуг и ЖКХ.

«Смотрите на финансовую отрасль, берите оттуда самое лучшее», — говорит Тимур Колескин.

Презентации участников

Алексей Леонтович, Директор кластера «Промышленность» SAP Цифровая трансформация промышленности для устойчивого развития
Алексей Лапунов, Директор Департамента информатизации в сфере управления здравоохранением Технологии ускорения цифровой трансформации госсектора
Юрий Овчаренко, Заместитель генерального директора EPAM Взгляд на устойчивое развитие со стороны ИТ: ждет ли нас новая трансформация?
Силкина Елена, Управляющий партнер SILA Union
Роль процессного управления в цифровой трансформации
Андрей Врацкий, CEO, eXpress (Unlimited Production) Как одно маленькое приложение изменило коммуникацию в атомной отрасли
Юлия Винокурова, Руководитель направления дирекции цифровой трансформации, НЛМК Кроссфункциональная команда: ключевой фактор успеха цифровых решений
Сергей Меркулов, Директор по цифровой трансформации, Segezha Group Цифровая трансформация: работа с данными и микросервисная архитектура
Ясаков Михаил, Директор по ИТ Единый Сервисный Центр АО «Банк ДОМ.РФ» Трансформация ИТ сервиса удаленных ОЦО (общих центров обслуживания) в новых реалиях конца пандемии
  • страницы:

Дело храбрых: как On/Off Pro стала крупнейшим в России трейлерхаусом

Десять лет назад Андрей Волгин бросил работу в рекламном агентстве и запустил бизнес вместе с экс-коллегой Анной Лариной. Сегодня их компания On/Off Pro — крупнейший производитель рекламы для киноиндустрии

Малый бизнес: интревью Андрея Ларина

За десять лет Андрею Волгину и Анне Лариной удалось построить крупнейший на российском рынке трейлерхаус ( Асхат Бардынов для РБК )

«Мы — меньшинство на российском кинорынке», — признается в интервью журналу РБК сооснователь компании On/Off Pro Андрей Волгин.

И объясняет: чаще всего производство трейлеров и рекламных роликов фильмов для телевидения, интернета и радио отдают «друзьям и знакомым», а не специализированным игрокам.

Десять лет назад Волгин бросил работу в рекламном агентстве и вместе с экс-коллегой Анной Лариной запустил бизнес. On/Off Pro стала первым российским производителем трейлеров (трейлерхаусом) для кино, а затем и крупнейшим производителем рекламы для киноиндустрии.

В бизнес Волгин и Ларина вложили свои накопления — 1 млн руб. Денег хватило на наем одного сотрудника (сегодня штат разросся до десяти человек) и покупку оборудования.

Первым и до сих пор крупнейшим заказчиком студии стала компания 20th Century Fox Russia, с представителями которой основатели On/Off Pro были знакомы по предыдущей работе. «Мейджоров сложно удержать, — говорит Волгин. — Они никогда не подпишут «вечный» контракт, они всегда в поиске».

Тем не менее инвестиции в бизнес окупились уже на третьем году работы, тогда же On/Off Pro получила первую прибыль.

Самым успешным для On/Off Pro стал 2014 год: выручка студии достигла 42 млн руб. Но уже в следующем году упала более чем на 20%. В кризис пришлось отказаться от резкого повышения цен из-за девальвации рубля.

«По-хорошему цены надо было поднимать в два раза», но ограничились ростом на 10%, рассказывает Ларина.

Читайте также:  "Росводоканал" выступил со спорной инициативой

Спасло компанию то, что ее владельцы предоставили партнерам рассрочку — 2015-й On/Off Pro завершила «в ноль», а в 2016-м финансовые показатели вернулись к значениям 2014-го.

С компанией Волгина и Лариной, к примеру, сотрудничают дистрибьюторы Walt Disney Studios Sony Pictures Releasing (кампания для фильма «Мифы»), «Централ Партнершип» («Мама!», «Пила 8»), Yellow, Black and White (франшиза «Кухня», совместный с Disney фильм «Последний богатырь» — кассовый рекордсмен российского проката) и др. В отличие от конкурентов On/Off Pro «стабильна», подчеркивает Волгин: «Сделало какое-нибудь дарование трейлер — на него, что называется, снизошло. Потом уехало отдыхать, а дистрибьютору нужно проводить рекламную кампанию».

При этом и заказчик может принять всего один ролик из десяти — в таком случае он должен оплатить понесенные студией расходы. «С фильмом «Кухня. Последняя битва» у нас только утвержденных роликов было 70. Сотрудник, который проектом занимался, потом на реабилитацию уехал», — шутит Волгин, рассказывая о том, как устроен бизнес.

On/Off Pro делает порядка 40% трейлеров и 90% рекламы для российских фильмов, оценивает гендиректор кинокомпании Nevafilm Олег Березин. На всем отечественном рынке (включая западные релизы) на студию приходится 70% рекламы, утверждает Волгин.

Около 80% выручки компании приносит производство рекламы, остальное — трейлеры.

Всю прибыль студия реинвестирует в расширение производственных мощностей: каждый новый сотрудник — это еще и «монтажный пост с оборудованием и лицензиями на софт» стоимостью несколько сотен тысяч рублей, напоминает Ларина.

Основатели On/Off Pro стремятся вывести компанию на западный рынок. С одной стороны, в России нет достаточного количества релизов для масштабирования бизнеса, с другой — расценки на работу на Западе в разы выше.

«Если в России производство ролика для ТВ обходится заказчику в 20 тыс. руб., то на Западе — в €3 тыс.», — рассказывает Ларина. Примерно такая же пропорция по трейлерам: в России ценник на них составляет 150–500 тыс.

руб.

Еще одно несовершенство российского рынка Волгин видит в том, что местные компании «любыми путями» стараются сами производить материалы для рекламных кампаний фильмов, в отличие от западных конкурентов — те привыкли отдавать работу на аутсорсинг. «Творцы не всегда могут сделать трейлеры так, как этого хочет прокатчик. Дистрибьютору нужно управлять процессом — с творческими людьми это очень сложно», — объясняет сооснователь On/Off Pro.

Предприниматели при этом рассчитывают, что российский опыт поможет компании за рубежом. «Нам уже есть что показать — мы же делали трейлеры для западных картин. Так что стучаться в студии и знакомиться с прокатчиками мы рассчитываем не как неизвестные новички, а как состоявшаяся компания», — подытоживает Ларина.

Экс-глава Энгельса Дмитрий Тепин в Москве и «при делах»: ему может грозить реальный срок за дорожные контракты

Малый бизнес: интревью Андрея ЛаринаСаратовский юрист Андрей Ларин не исключает, что экс-глава Энгельсского района Дмитрий Тепин может стать объектом интереса правоохранительных органов. Поводом для этого может стать и уголовное дело о мошенничестве с ремонтом дорог, и недавнее упоминание его Вячеславом Володиным в контексте истории с тендерами на этот самый ремонт. Впрочем, по данным «БВ», бывший саратовский чиновник уже давно работает в Москве и «все у него хорошо».

Предлогом вспомнить об уволившимся почти год назад главе администрации Энгельсского района Дмитрии Тепине стало выступление спикера ГД РФ Вячеслава Володина, размещенное в аффилированном Instagram-аккаунте. Он припомнил, что в прошлом году муниципалитет получил на дороги 600 млн рублей, но финансирование оказалось под угрозой, если бы не вмешательство губернатора Валерия Радаева.

— Мэр, которого сейчас уже нет, придумал конкурсную процедуру, в рамках которой выдвинул условия, что у этих дорог должен быть непрерывный бордюр, в бесконечность должен идти. В итоге выиграла единственная организация, которая обладала такой технологией. Совершенно очевидно, для чего это было сделано, — сообщил политик, уточнив, что именно это стало причиной отставки Дмитрия Тепина.

Между тем, ни для УФАС, ни для прокуратуры озвученные спикером нарушения, видимо, очевидны не были.

Напомним, в марте прошлого года энгельсский комитет по ЖКХ заключил 24 контракта на ремонт дорог с питерским ООО «ПромДорСтрой» на сумму в почти 600 млн рублей. Позднее большую часть из них у подрядчика отобрали, расторгнув договоры и отдав ремонт саратовцам. 

Любопытно, что практически каждый из тендеров сопровождался жалобами в УФАС, однако, ни одна из них не стала предлогом для отмены тендеров. Видимо, не были скорректированы и их условия. Хотя даже эксперты «БВ» отмечали, что «все местные игроки рынка при проведении тендеров отсеялись из-за специфических требований к методике ремонта дворов».

В итоге получается, что и специалисты и юристы мэрии, и УФАС, и прокуратура попросту закрыли глаза на очевидные нарушения тендерной документации из-за всесильного Дмитрия Тепина. Тогда Энгельсу остается лишь сожалеть, что он потерял такого мощного политика.

Впрочем, по мнению, главы юрбюро «АргументЪ» Андрея Ларина, экс-глава еще может быть привлечен к ответственности. Однако для этого правоохранителям придется сильно постараться и изо всех сил «колоть» сотрудников мэрии. В попытке доказать, что это по указанию Дмитрия Тепина именно таким образом была составлена конкурсная документация.

Аналогичным образом придется сотрудникам энгельсской прокуратуры доказывать его причастность к уголовному делу о мошенничестве. Напомним, оно появилось в октябре прошлого года и связано с некачественно выполненными работами «ПромДорСтроем».

— Проверка законности расходования средств при подписании актов приемки работ по ремонту улиц Смоленской и 2-й Ленинградской, вскрыла нарушения технологии укладки асфальта и несоответствие асфальтобетона заданным требованиям. Бюджету был нанесен ущерб в размере более 6,5 млн рублей, — сообщали правоохранители.

По мнению Ларина, причастность Тепина к сокрытию фактов некачественных работ может быть доказана при опросе сотрудников мэрии и проведении очных ставок — если те, кто подписывал акты приемки признаются, что делали это по указанию бывшего главы. В этом случае при причинении особо крупного ущерба экс-чиновнику может грозить до 6 лет лишения свободы.

Между тем, над Дмитрием Тепиным до сих пор висит уголовное дело, о котором стало известно в конце прошлого года. В СУ СК по Саратовской области его подозревают в причастности к махинациям с земельными участками в Солнечном-2. Как сейчас продвигаются оба этих уголовных дела — неизвестно.

По данным «БВ», бывший саратовский министр ЖКХ уже давно переехал в Москву, где «находится при деле» и «у него все хорошо».

"Малый бизнес позволяет быть свободным". Татьяна Ларина ответила на вопросы молодых предпринимателей

— Имя Татьяны Лариной вы, наверное, больше связываете с Пушкиным, нежели с бизнесом. Так и есть на самом деле. Начинали мы с оптово-розничной торговли канцелярскими товарами. Затем приобрели хороший книжный бизнес, и у нас была книжно-канцелярская сеть.

К сожалению, в последнее время со стороны взрослого населения интерес к книгам заметно уменьшается, потому не так давно мы от книжного бизнеса частично отказались. Оставили только направление детских книг и к ним прибавили детские развивающие игры. Как спасательный круг у нас — сдача в аренду нежилых помещений. На сегодняшний день мы разрабатываем два проекта.

Оба они связаны со сферой услуг. Сейчас под эти проекты строится здание. Но хвастаться еще рано.

Почему именно малый

— Думаю, нет необходимости в очередной раз рассказывать историю о начинаниях собственного бизнеса. 20— 25 лет назад будущие предприниматели все начинали одинаково — страшно трудно и до смешного примитивно. Уверена, что вы все знаете, как в начале 90-х годов создавался частный бизнес.

Думается, важнее задаться другим вопросом: почему, стартуя практически с равных позиций, одни, подобно самолету с вертикальным взлетом, поднялись быстро и высоко, а другие, подобно «Русской династии», продолжают лететь на бреющем, по-прежнему оставаясь малым бизнесом? Разъясню собственную точку зрения.

Крупный и малый бизнес отличаются не только размерами. Они, как правило, требуют разного уровня способностей и зачастую подразумевают наличие различных жизненных принципов.

Не каждый, даже сильный человек готов вести ежечасную жесткую конкурентную борьбу, являющуюся основой расширения крупного бизнеса.

Это даже не борьба, а война, в которой нет места человеческой слабости или мягкости, в то время как у малого бизнеса конкуренция заключается больше в соревновательности.

У крупного бизнеса, на мой взгляд, больше рисков, связанных и с жесткой конкуренцией, и с высокой закредитованностью, и с низкой мобильностью, особенно в кризисные периоды.

Крупный бизнес характеризуется высокой коррупциогенностью, так как за вход на территории и рынки нужно платить — а это уже риски, связанные с уголовной ответственностью.

Я, наверное, не смогла бы управлять большим бизнесом. Способности, видимо, не т. е. И мои человеческие принципы не позволяют мне многого из того, что делается в крупном бизнесе. Я не могу делать откаты, и когда-то из-за этого мы потеряли более 50% клиентской базы по оптовой торговле канцтоварами.

Я не могу участвовать в подтасованных конкурсах и тендерах, когда все «заточено» под одного победителя, а вокруг разыгрывается спектакль. Я не начну строительства без разрешительных документов, а выбирая земельный участок, не рискну посягнуть на парковую зону или любые другие ценности общественной собственности.

Я в целом отрицательно отношусь к административному ресурсу, боюсь потерять свою независимость.

Как и у многих, наш бизнес является семейным. Это не есть отличительная черта малого бизнеса. На данном этапе и крупный бизнес объединяет вокруг себя членов семьи. У нас даже депутатский корпус становится своеобразным «семейным бизнесом», отец чуть ли не по наследству передает кресло сыну.

Однако отличительной чертой малого семейного бизнеса является то, что он развивается ради благополучия семьи и ровно на столько, сколько нужно для этого благополучия. То есть в первую очередь семья, а бизнес — это и ее экономика, и идеология.

Это обязывает малый бизнес иметь более высокоморальные человеческие понятия, потому что это не только работа, но и процесс воспитания детей: если ты нечестен перед партнером, используешь лазейки недобросовестной конкуренции, лукавишь по отношению к клиенту, борешься за собственные интересы вопреки интересам общества, то данные поведенческие стереотипы станут возможными и в отношении членов семьи, что может разрушить семью как таковую.

Таким образом, я считаю, что малый бизнес позволяет оставаться человеку более свободным, более человечным.

Поэтому малый бизнес — это для многих осознанный выбор, который делается не целенаправленно у истоков бизнеса, а каждый день в процессе принятия решений, исходя из усвоенных моральных человеческих понятий, которые не меняются ради увеличения прибыльности и дополнительных материальных благ.

Ведро — не полигон

— Один существенный недостаток, на мой взгляд, есть у малого бизнеса — его незащищенность. А защищаться необходимо и от государства в лице контролирующих органов, и от того же крупного бизнеса, который лоббирует законы, ставящие МБ на грань вымирания. Однако «средства индивидуальной защиты» МБ очень ограничены.

Читайте также:  Эффективна ли выставочная деятельность для бизнеса?

У него нет высоких связей (или ему просто неприятно ими пользоваться), ему не по карману содержать штат высокопрофессиональных юристов и аудиторов. Самому же невозможно разобраться в постоянно меняющемся законодательном потоке, тем более принять своевременные предупредительные меры.

Вариантов остается немного: либо постоянно откупаться от многочисленных контролеров, что крайне унижает человеческое достоинство и чего просто нельзя позволять, либо нести непроизводительные затраты в ущерб бизнесу, выполняя порой абсурдные требования законодательства, либо защищать свой бизнес совместно с другими предпринимателями, консолидируя свои усилия через предпринимательские сообщества. В крае достаточно большое количество объединений предпринимателей. Но, честно говоря, деятельность их малорезультативна. И виноваты во многом сами предприниматели.

Во-первых, они не заботятся заранее о том, чтобы защитить свое дело.

Хотя известно, что если человек нырнул в «коммерческую Амазонку», то через 15 минут от него может остаться один скелет, если он не защитит себя от пираний, живущих за счет штрафов, взяток и откатов.

Но наши наивные предприниматели всегда надеются каким-то образом проскочить между зубами. И только после ряда проверок задумываются о том, что надо защищаться.

Во-вторых, я встречала многих предпринимателей, которые, понимая полную абсурдность требований со стороны проверяющих, покорно твердят: «Но ведь это — закон!» При этом они не желают ни более глубоко вникнуть в суть проблемы, ни тем более бороться за внесение изменений в законодательство. Да, устами проверяющего закон говорит, что мусорное ведро в офисе объявлено полигоном для хранения отходов. И предприниматель верит, что теперь ему надо получить лицензию и подготовить все расчетные документы.

Алтайский союз предпринимателей, членом которого я являюсь, внимательно прочитал законодательство и доказал, что мусорное ведро — это все-таки не полигон. «Мусорным» вопросом мы занимаемся несколько лет, и нам удается сдерживать натиск природоохранных органов, в том числе находя и определенное взаимопонимание с их стороны.

В-третьих, малый бизнес почему-то надеется, что государство будет к нему справедливо и если не сегодня, то завтра произойдут те благие изменения, которые будут соответствовать заявленным декларациям о развитии среднего класса как основы общества.

С проверкой не пришли

— Из-за моей общественной деятельности на бизнес давления не было. Было некоторое давление на саму мою общественную деятельность. Меня, например, вывели из городского координационного совета предпринимателей при мэрии.

Несколько лет назад в отношении нашего предприятия планировалась заказная проверка. Но я, узнав о такой наглости, неожиданно все это обнародовала, так что никто к нам с проверкой не пришел. Вообще, это настолько мелко, что уже просто неприлично.

Тем более, вы знаете, отличие АСП от других структур в том, что он защищает малый бизнес, исходя из государственных интересов. И наша искренняя бескорыстная позиция, и добросовестная работа по любому вопросу, касающемуся развития предпринимательства, вызывает уважение к АСП со стороны большинства государственных структур.

Поэтому я не думаю, что общественная деятельность предпринимателя в рамках предпринимательских объединений может быть опасна для его бизнеса.

Бизнес и власть

— В этих двух словах почему-то чувствуется противопоставление, хотя стратегические задачи и бизнеса, и власти в сфере экономики, по сути своей, едины: малый бизнес хочет развиваться и прямая задача власти — развивать малый и средний бизнес. Бизнес всегда знает, что ему нужно для развития.

Цивилизованный бизнес через свои предпринимательские сообщества открыто об этом информирует определенные структуры власти. Но власть на эти обращения откликается или вторичными мерами, или громкими мероприятиями, не дающими нужных результатов. Это похоже на следующую ситуацию. Вы приходите летом в магазин за пляжными шлепанцами.

Но вам предлагают: «Купите кирзовые сапоги, вам в них будет очень удобно на пляже!» Сравните: власть выделяет огромные средства на поддержку предпринимательства, которая не решает проблемы МБ. Мы же говорим просто: «Снизьте размер страховых взносов на заработную плату».

Нам отвечают: «Нет, вы, пожалуйста, возьмите бизнес-инкубаторы», которые работают за бюджетный счет.

Причина такого взаимонепонимания, на мой взгляд, кроется в перпендикулярности деятельности бизнеса и власти. Бизнес, особенно малый, привязан к местности и развивается горизонтально — вширь.

Он взаимодействует с властью на определенных уровнях, не имея ничего общего с ее вертикальной схемой, которая задает власти планы и показатели, не учитывая уровни развития и все многообразие местного бизнеса, которое невозможно порой вставить в единый федеральный закон.

Не имея возможности законодательно регулировать развитие бизнеса на местном уровне, местная власть должна решать задачу формирования бюджета и привлечения федеральных средств, для чего ей приходится выстраивать бизнес — результаты под спущенные сверху показатели. Она, естественно, старается выстроить их правильно и отчитаться достойно.

Например, сейчас на федеральном уровне поставлена задача повышения инвестиционной привлекательности, и наш край числится в лидерах рейтинга. На встречах с предпринимателями представители власти заявляют, что все подготовлено к встрече крупного инвестора («желательно иностранного»).

Удивительно, что проведена огромная работа ради того, кто и не думает к нам приходить. В отношении же субъектов МБ, которые здесь живут и работают, регулярно пишутся программы поддержки, им определяется место в стратегиях, проводятся многочисленные мероприятия, на которых обозначаются наши проблемы.

Но донести эти проблемы до федерального центра почти невозможно, а региональная власть решать их не в праве. Диалог есть, результатов — нет. Необходимо делегировать часть полномочий по созданию законодательной базы на местный уровень и снизить количество федеральных контролеров. То есть в отношении к малому бизнесу — меньше «федеральности» — больше реальности.

Федералы идут

— Покупательская способность в крае не очень высокая. Наша торговое направление уже чувствует, что у нас оттягивают покупателя и выручку. Но возникает вопрос: а как этим федеральным сетям не приходить в край? У них зачастую цены ниже. И для потребителя это важно.

Мы торгуем канцелярскими товарами в ценовом сегменте «выше среднего». А приходит федеральная сеть, и у нее товары дармовые. Это, конечно, товар другого качества. Но ведь потребитель имеет право выбора.

Поэтому я не могу сказать, что приход крупных торговых сетей — это в целом плохо для региона. Но задача государства сделать так, чтобы это не было смертельно для малого бизнеса. В европейских странах крупный бизнес способствует развитию малого.

А у нас малый бизнес моментально сворачивается, когда заходит крупный.

Один предприниматель, начинавший бизнес с предоставления в аренду холодильных установок для скоропортящихся продуктов, построил огромную базу и холодильные склады, планируя предоставлять их субъектам малого бизнеса. Пришли «Лента» и «Метро» со своими распределительными центрами. И фактически уничтожили малый бизнес, который торговал продуктами. А тот предприниматель обанкротился, так как его база оказалась невостребованной.

Поэтому малый бизнес как-то не испытывает радости от прихода крупного инвестора. Очевидно, что последнему будут созданы уникальные условия, а какие последствия будут при этом для малого бизнеса, об этом в программах и стратегиях не говорится.

Деньги на развитие

— Я не сторонник больших рисков. И сотни миллионов в долг не возьму. У малого бизнеса цели очень долгосрочные. Поэтому развиваться нужно по спирали, как бы шагая по ступеням.

Гораздо хуже то, что сегодня трудно начинать новые проекты. Мы со своими детьми просчитывали несколько направлений производственной деятельности. И все оказалось малоприбыльным. А срок окупаемости — до восьми лет. При постоянно изменяющемся законодательстве и прочей нестабильности нужно ли рисковать?

Мнение участника встречи

Кристина Овсянникова,представитель компании «ВымпелКом»:

На мой взгляд, интересен сам формат проведения встречи, при котором начинающие предприниматели могут посещать подобные мероприятия в целях расширения своего кругозора и появления новых идей для своего бизнеса. Татьяна Ларина затронула очень важную тему для бизнеса именно в нашем регионе — различия в ведении малого и крупного бизнеса, и объяснила также, какой вид бизнеса выбрать начинающему предпринимателю.

Какие вопросы задавали спикеру

  • Как строятся в Алтайском крае отношения бизнеса и власти? И что тут нужно делать с точки зрения бизнеса, и с точки зрения власти?
  • Как предпринимателей воспринимает общество? И что в этом плане нужно делать?
  • Что сделал АСП для снижения страховых взносов предпринимателей?
  • Как группе малых предприятий привлечь большой объем инвестиций? Например, 100 млн. рублей?
  • Ваша общественная деятельность не послужила поводом для давления на ваш бизнес?
  • Если бы вы стали главой региона или государства, какие бы три решения стали первыми?
  • И другие.

Досье

Татьяна Серафимовна Ларина родилась в рабочем поселке Топчиха Алтайского края. Образование получила в АГУ по специальности «Преподаватель. Филолог».

После вуза год работала секретарем комсомольской организации технического училища № 29, затем в этом же училище девять лет заместителем директора.

Предпринимательской деятельностью — оптово-розничной торговлей канцелярскими товарами — начала заниматься в 1994 году.

Татьяна Ларина замужем, воспитала двух дочерей.

Андрей Моисеенко: Нижний планирует в 2021 году привлечь 3 млн туристов

Глава департамента предпринимательства и туризма Нижнего Новгорода Андрей Моисеенко в интервью NewsNN рассказал о поддержке бизнеса, едином дизайн-коде торговых и рекламных объектов, амбициозных задачах к 800-летию города и развитии исторических кварталов.

— Андрей Валентинович, растет или уменьшается в Нижнем Новгороде количество предпринимателей за последние годы?

— Нижегородский малый бизнес в целом соответствует общенациональным тенденциям. С одной стороны, предприниматели находятся в непростой ситуации: растет налоговая нагрузка, расширяется административное регулирование.

С другой стороны, есть хорошие драйверы роста, включая венчурное финансирование в технологичных отраслях, нацпроекты, например, федеральная программа благоустройства городов, прошедший Чемпионат мира по футболу, который придал мощный импульс развития туризма.

Кроме того, растет интерес потребителей к различным культурным, образовательным программам. Горожане все активнее предъявляют запрос на познавательный и спортивный досуг. Этот запрос является сильным стимулятором развития малого бизнеса.

Если рассматривать тенденцию последних пяти лет, то количество предпринимателей растет, причем достаточно хорошими темпами. Однако, согласно статистике Росстата, в 2018 году произошло снижение числа субъектов малого и среднего предпринимательства (МСП) примерно на 2,5%. В настоящее время в Нижнем Новгороде действуют 75 тыс. субъектов МСП.

Мы рассматриваем этот показатель, как удовлетворительный базовый и намерены обеспечить его рост на 10-15% в год.

— В каких сферах сосредоточено наибольшее число предпринимателей?

— Треть предпринимателей (30-35%) традиционно работают в сфере оптовой и розничной торговли, 10% — в производстве, чуть меньше — в услугах и строительстве. В IT-сфере работают не более 5% предпринимателей Нижнего Новгорода.

— Кого больше — индивидуальных предпринимателей или юрлиц?

— Примерно одинаково: 48% юрлиц и 52% индивидуальных предпринимателей.

Андрей Моисеенко

NewsNN

— Какую поддержку оказывает предпринимателям администрация Нижнего Новгорода?

— Основной структурный элемент поддержки — это создание департамента предпринимательства и туризма, как специализированного подразделения муниципалитета, призванного обеспечить развитие городской бизнес-среды. Наш департамент — это инструмент практического взаимодействия, кооперации бизнеса и власти в целях развития городской экономики и, как следствие, социальной сферы.

Учитывая, что большинство предпринимателей сосредоточены в торговле, то основные меры поддержки в настоящее время направлены на развитие этой сферы — новые форматы, в частности, уличной, мобильной торговли, географическое расширение за счет развития общественных пространств и вовлечение в оборот муниципальной недвижимости. Наша задача обеспечить максимальный простор и маневренность предпринимательской инициативы по удовлетворению нужд потребителей.

При этом мы целенаправленно поддерживаем стартапы, вне зависимости от их специализации — обеспечивается компенсация части средств при регистрации предприятий, существует система разнообразных грантов.

Стратегически мы стремимся изменить структуру малого предпринимательства в пользу секторов с максимальной добавленной стоимостью. Научно-производственный потенциал Нижнего Новгорода является мощной ресурсной базой развития малого предпринимательства.

Здесь потребуется взаимодействие с действующими в городе корпорациями и научными центрами.

В целях операционного управления различными мерами поддержки, формирования «единого окна» обращения предпринимателей к власти мы зарегистрировали специализированную АНО «Центр поддержки предпринимательства». Ее задача — сосредоточить все инструменты поддержки и довести их до субъектов малого и среднего бизнеса. Это и консультирование, и юридические услуги, и разрешение спорных вопросов.

Читайте также:  Дополнения законодательства об интеллектуальных правах понятием "Информационный посредник"

С августа Центр начнет полноценную работу.

— Как часто предприниматели обращаются за помощью в мэрию?

— В городе давно сложилась практика письменных обращений граждан к главе города, — по этому каналу поступает около 20 обращений в день. Каждое из них обязательно отрабатывается по существу.

Кроме того, раз в два месяца мэр встречается с предпринимателями, чтобы выявить критические или системные проблемы, — очное обсуждение помогает всесторонне рассматривать те или иные вопросы, определять общие контексты. На мероприятие приходят от 200 до 300 предпринимателей.

Андрей Моисеенко

NewsNN

— С какими проблемами чаще всего обращаются?

— С самыми разными. Начиная от кризисной ситуации в бизнесе до, например, аренды муниципального помещения, незаконной торговли, ограничения конкуренции. Также есть вопросы по налоговой нагрузке, административным барьерам.

Мы, разумеется, не всегда можем действительно помочь — предпринимательская деятельность все-таки связана с предпринимательским риском.

Но как субъект, заинтересованный в укреплении малого бизнеса, стараемся вникать в каждую конкретную ситуацию и сформировать практическое предложение.

— Малый и средний бизнес Нижнего Новгорода достаточно конкурентоспособен?

— Да. Особенно в сфере мобильной торговли. Здесь нижегородский малый бизнес впереди России всей. Развитию сектора способствует, в частности, программа «Горьковского автомобильного завода» по производству фудтраков и мобильных торговых павильонов на базе «Газели Next».

Кроме того, повторюсь, мы все еще обладаем серьезным научно-производственным потенциалом, несмотря на известные проблемы.

Город сосредоточил высококвалифицированные кадры, которые генерируют массу интересных решений в различных отраслях, в том числе, в IT-сфере.

Это подтвердил и Global City Hackathon, который прошел в Нижнем в конце апреля. Поэтому, уверен, с конкурентоспособностью нашего малого бизнеса все в порядке.

— В последнее время в Нижнем Новгороде стали все чаще появляться объявления о продаже готового бизнеса. В основном, это общепит и торговые предприятия. Как вы считаете, с чем это связано?

— Не стоит считать, что бизнес продают исключительно, когда дела идут не так, как хочется, или, когда предприниматель решил перепрофилироваться. Есть еще одна причина — максимальная капитализация.

Плох тот предприниматель, который не готовит свой бизнес к продаже. В конечном счете, в этом вся суть — выход из бизнеса с максимальной прибылью. Эта задача определяет требование к росту и развитию. Люди создают компании, развивают, упаковывают, а затем продают, чтобы приступить к реализации нового, более масштабного проекта.

Поэтому увеличение продаж бизнеса можно связать также с растущей компетенцией нижегородских предпринимателей.

Андрей Моисеенко

NewsNN

— То есть появилось больше тех, кто создает готовый бизнес и продает его?

— Да, в различных секторах бизнеса появляется все больше сильных амбициозных предпринимателей. Нормально, когда бизнес продается, а предприниматель уходит в другую сферу.

— В конце прошлого года предприниматели на встрече с мэром Владимиром Пановым жаловались на повышение аренды конструкций для размещения рекламы. Удалось ли прийти к какому-либо консенсусу?

— На данный момент повышения стоимости не произошло. Глава города очень внимательно выслушал представителей рекламного бизнеса. Сейчас идет совместный поиск решения, чтобы и город мог больше зарабатывать на аренде, и рекламные компании могли развиваться.

— Когда в Нижнем Новгороде появится единый дизайн-код? И каким вы его представляете с учетом особенностей города?

— Первая итерация дизайн-кода появится уже в августе. Но вероятно, процесс будет достаточно длительным. Дизайн-код будет совершенствоваться с учетом не только исторического наследия, современных эстетических требований, но и себестоимости его реализации, чтобы в итоге Нижний Новгород предстал перед горожанами и туристами во всей красе.

Дизайн-код призван зафиксировать историческую и культурную ценность города, чтобы нижегородцы могли им гордиться, а наши гости хотели сюда вернуться.

Андрей Моисеенко

NewsNN

— Отсутствие дизайн-кода, по вашему мнению, отталкивает туристов?

— Согласитесь, когда турист посреди тротуара натыкается на столб дорожного знака, а потом выкладывает в соцсети фотографию с насмешливым или раздражительным комментарием, то это, очевидно, не служит привлекательности города. Или пытается сфотографировать старинное здание, хаотично увешанное разнородными вывесками и объявлениями, — с какой стороны ни подойди, нет никакой возможности запечатлеть задумку архитектора.

Это все примеры того, как отсутствие дизайн-кода нарушает физический и эстетический комфорт пребывания туриста в городе. В результате формируется образ Нижнего, как недружелюбной среды. Поэтому нужно наводить порядок.

— Какие меры администрация применяет по борьбе с нелегальным бизнесом?

— Отмечу, что в соответствии с отраслевой структурой малого бизнеса наибольшее число нарушений фиксируется в сфере торговли. Если говорить о нестационарных торговых объектах, то мы просто выявляем их и сносим. В случае незаконной торговли алкоголем или запрещенными товарами, то применяются административные и уголовные меры.

Большие надежды в этом вопросе мы также возлагаем на саморегулирование бизнеса: работаем с общественными организациями, «Опорой России», Торгово-промышленной палатой в целях формирования устойчивых деловых сообществ.

Очень многие задачи по выработке отраслевых стандартов качества обслуживания клиентов такие объединения могут решить гораздо эффективнее, чем административные органы.

Создание «Центра поддержки предпринимательства» и открытие онлайн-портала «Город на карте» — тоже шаг в сторону саморегулирования.

— Вы сказали про «Город на карте». Есть ли уже интерес к этой системе со стороны предпринимателей?

— Да, заявки уже пошли. Мы работаем с ними.

Но пока на портале представлены не все запланированные сервисы. На проектную мощность «Город на карте» выйдет ближе к сентябрю.

Андрей Моисеенко

NewsNN

— В каком формате администрация ранее работала с бизнесом по вопросам размещения рекламных конструкций и НТО? Чем новый формат лучше?

— Раньше процедура была централизованной и, как следствие, чрезмерно формалистской, не позволяющей учитывать всю полноту значимой по каждому объекту информации. Сейчас предприниматели обращаются в МФЦ, а разрешительную комиссию проходят в том районе, где хотят разместить объект, — на местах, что называется, виднее.

Также у предпринимателя появилась возможность самому выбрать место под НТО или рекламу. Прежде администрация самостоятельно формировала перечень мест и выставляла их на аукцион. Эта новация позволяет значительно расширить свободу предпринимательской инициативы.

Кроме того, срок прохождения заявок сократился в четыре раза — с двух месяцев до 15 дней.

— Какие условия предприниматель должен соблюсти, чтобы администрация согласовала его заявку?

— Основные ограничения — объект на выбранном месте не должен мешать проезду и проходу, не может располагаться на озелененной территории, или на маршрутах подземных коммуникаций.

Дополнительные ограничения сейчас пересматриваются.

Отмечу, что введенный в этом году регламент содержит несколько норм, расширяющих возможности предпринимателей по сравнению с прежней практикой, но мы идем по пути дальнейшей либерализации и в ближайшее время еще больше сократим список ограничений.

Например, прежний регламент предусматривал 500-метровую зону запрета установки НТО от входа в стационарный магазин. В регламенте текущего года она сокращена до 100 метров. Но думаю, мы вовсе исключим фактор привязки к стационарному объекту.

Ограничение может быть связано и с дизайн-кодом. Например, на Большой Покровской скоро будет введен временный дизайн-код. Несущая ось и торговли, и туризма города, должна выглядеть именно центральной, а не базарной улицей.

— Какая работа проводится по привлечению туристов в Нижний Новгород в целом? И в рамках подготовки к 800-летию города?

— По итогам проведения Чемпионата мира по футболу в прошлом году мы получили достаточно большое наследие — аэропорт, новое здание железнодорожного вокзала, стадион, набережные, ряд первоклассных отелей.

Также появились указатели и аудиогиды на нескольких языках по основным туристическим маршрутам.

Все это работает на повышение качества сервиса нижегородского туризма в целом и является драйвером притяжения туристов.

В текущем году мы стремимся закрепить поток туристов, который был зафиксирован на пике чемпионата FIFA-2018. Улучшаем качество событий, развиваем инфраструктуру.

Сейчас каждые выходные в городе проходит по несколько мероприятий. Порой даже не хватает времени, чтобы посетить все площадки.

И мы видим, например, по заполняемости отелей и хостелов, что сформировался достаточно устойчивый бренд — «выходные в Нижнем Новгороде».

Управление городским туризмом с этого года отнесено к компетенции департамента предпринимательства. Мы развиваем его не только как сферу культуры, но и как сферу экономики.

Сейчас разрабатывается стратегия развития туризма. В ней мы структурируем все имеющиеся в мировой и российской практике подходы. При участии нижегородского бизнеса формируем пилотные проекты, направленные на привлечение туристов.

В рамках подготовки к празднованию 800-летия города мы работаем в плотной связке с департаментом туризма Нижегородской области и проектным офисом «Нижний-800». Я думаю, что нас ждет большой красивый праздник. А кроме того, город получит богатые инфраструктурные возможности, на порядок превосходящие наследие Чемпионата по футболу.

— Какой поток ожидаете на празднование?

— Амбициозные оценки — порядка 3 млн. туристов в 2021 году. При том, что сейчас — 700 тысяч туристов в год.

— Вы считаете это реально?

— Да. Проводимая работа уже в этом году даст эффект — до 1 млн туристов. Это та планка, которую необходимо преодолеть. Это стартовый уровень развития городов в мировой практике, когда и инвесторам город становится интересен.

Андрей Моисеенко

NewsNN

— Какие места в Нижнем Новгороде пользуются наибольшей популярностью у российских туристов и у иностранных?

— Иностранные туристы не сильно отличаются в этом плане от российских. Визитные карточки Нижнего Новгорода всем известны, — это Нижне-Волжская набережная, Большая Покровская, Рождественская, храмовые комплексы.

Иностранные туристы также открыли для себя уникальный квартал в границах улиц Коваленко, Славянская и Новая, где проводится фестиваль «Том Соейр Фест». Очень большой интерес они проявляют именно к деревянному зодчеству. Поэтому этот район мы хотим развивать как туристический аттрактор.

В связи с этим принято решение создать «Агентство развития исторической среды» на базе этого квартала.

— Вы упомянули Нижне-Волжскую набережную. Насколько охотно туда идет бизнес?

— Бизнес в очередь выстраивается, чтобы там работать. В этом году мы разместили там порядка 50 новых точек. Этого оказалось мало, еще 30 добавили.

У нас есть заявки на организацию сухих пляжей, прокат туристического и спортивного инвентаря, точек питания.

Существующую инфраструктуру мы пытаемся развивать, например, хотим подвести туда электричество и воду. Сейчас оформляем помещения для организации на набережной стационарных кафе.

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *